Жила-была крыса.
Звали крысу Мешовра.
Крыса Мешовра была гениальной крысой. Ее гениальность заключалась в том, что она никогда в каждый конкретный момент ее жизни не обманывала саму себя. Она настолько была убеждена в своей сиюминутной правоте и кристальной честности, что все вокруг диву давались и восхищались крысой.
Каждый вечер в час заката выходила Мешовра на балкон. Внизу, как и всегда уже толпились крысы и крысаки. Крыса пела песенку, или рассказывала незатейливую историю, или свои впечатления от просмотренной картинки или съеденной накануне еде – и все это с такой самозабвенной искренностью, что, в конце концов, толпа ревела от восторга. Особо проникновенно-утонченные крысы внутренне становились чище и добрее. А некоторые крысаки, возвращаясь после свидания с крысой, брали с нее пример, чем доводили до обмороков своих домочадцев.
Глубоко ночью, после балкона и шипящих приветствий, Мешовра снимала с себя шкурку, чистила перышки затекших крыльев, и, ковыряя в зубах когтем, хихикала, хихикала...