С чего же начать. Наверное с утра. В шесть утра Катя никулина проснулась от звона будильника в своей тёплой кроватке на улице Котовского. Спустя пару- тройку часов она оказалась в компании Владимировских и Дрёмина с Ульяной. Весёлая компании погрузилась в микрик и бодро покатила в направлении академгородка.
     В это время Розонова, пялясь в монитор на улице 3-евнухов(а), выясняла планы и траектории. Перспективы вырисовывались неясные. Народ блуждал, уходил в сплошной отказ и путался в показаниях. В пять часов пополудни Розонова и Люба загрузились в маршрутку. Изнурённый жарой и непонятными делами экипаж микрика только подъезжал к пляжам Бердска. Через сорок минут выяснилось, что доступный берег больше всего напоминает автостоянку и с этим надо что-то делать. Подключившаяся Розонова объявила, что ехать надо в сторону дачи Марио, но свернуть пораньше к ДОЦ "Орбита", объехать дачи и встать на берегу.
     Свернули, объехали, упёрлись в берег, кучу машин, груду палаток. Пока искали более менее пустое место, доехали до того самого пляжа, который рядом с дачей. Серёжа взвыл, объявил, что хочет пива и плевать ему на палатки-машины и кучу народа. Уговорили ехать дальше. В сторону Сосновки. Едем. Хорошо дем, быстро. Выезжаем на берег. Рядом мощный забор какой-то дачи, берег метрах в семи внизу, весь в трупах деревьев. Палатку ставить негде, да и забор. Едем на 20 метров левее. Едем на 20 метров левее, это не значит, что мы поворачиваем влево и едем 20 метров. Это значит: мы разворачиваемся, едем обратно метров триста до какого-нибудь поворота в нужном направлении и пытаемся туда пробиться. Таки выезжаем на берег, неплохой надо сказать берег, только крапивы много, зато практически никого нет, кроме одной скромной компании, сосны, клубника и одно маленькое НО: до воды 10 метров вниз, берег подмыт и обрывист, спуститься можно только с обвязками или мимо той самой компании. Серёжа продолжил бунт и поставил впрос ребром: либо дача Марио, либо Вега. Сквозь жуткие помехи далекий голос Лапаева известил, что они где-то рядом. Паралельно с ними, только на попутках на подступах к бердску находилась бравая троица: Аркен, Валега и Гарик. Объяснить им дорогу не представлялось возможным, к тому же конечная точка всё ещё была неопределена. Окончательно пропавшая связь решила эту проблему.
     Чудом уговариваем Сержа совершить ещё один рывок влево вдоль по берегу. Совершаем. Упираемся в огромный ржавый забор, за которым какие-то поля и нехилый такой особняк. Кто там живёт в этой глуши, с дорогами, по которым можно проехать только при очень хорошей погоде, непонятно. Объезжаем забор и едем вперёд. Впереди огромный лог (овраг, в который заходит вода из водохранилища). Он не просто огромный, он гигантский. Высота берега около 15 метров, ширина водного зеркала порядка 20-30 метров. Кэт предлагает остаться здесь. Вай нот, только спуск к воде равен цене одной жизни.
     ...Серёжа, самый последний раз — у меня бензин кончается — ну давай ещё чуть-чуть проедем - а потом на вегу? — куда хочешь, только давай проедем ещё чуть-чуть... Идеальная картинка в голове с песочком, солнышком и прозрачной воджичкой постепенно тает, покрываясь потом усталости и безысходности. Конечно же мы проехали по этой дороге ещё сто метров, разумеется мы на всех скоростях упёрлись в банальный тупик, за которым поля, леса и буераки. Приятной неожиданностью стал большой куст вишни по левую руку и заросли малины по правую. 
     Едем обратно, встаём у самого свёртка с асфальтовой дороги. Вызваниваем Лапаева, он где-то рядом, проезжает в автобус, видим оранжевую майку Аркена.
     Время: 19-30, нас уже двенадцать. Гарик достаёт самогон в иностранной бутылке и произносит странное слово с вопросительным отенком: Ктыбыдык? Ну почему бы и не ктыбыдык. Ктыбыдыкаем. Параллельно выясняется что "ктыбыдык" переводится как "я тебя люблю" с какого-то непоятного наречия. Кроме него запомнилось ещё "коды моды чмодь".
     Неотвратимо встаёт вопрос: Что? Нам? Делать? Ак-бард, Вега и прочие популярные радости отпадают. Кто-то говорит, что если бы сразу как хотели поехали в Тулу, то уже часа три как купались. Решено: едем в Тулу. К тому же где-то там на речке Тулка отдыхает Базин с Алёнкой и невесомыми родственниками.
     Приезжаем. И что же мы видим: толпы отдыхающих, автомобилей и палаток. Едем чуть дальше, там какой-то очередной лог, опять объезжаем, опять нет дороги. Опять обратно, снова к берегу, опять нет проезда, ещё один лог, заросли жуткой крапивы, снова назад. Базин и Алёнка, попытавшиеся было догнать безумных триперов отказываются от этой идеи и едут обратно, к тому же уже темнеет. Аркадий вспоминает рассказ Стивена Кинга, где молодая пара долго ехала из города с целью отдохнуть и уже когда поняла, что затея провалилась, потом долго не могла развернуться. В итоге они приехали в город мёртвых рокеров. Берменшей работала Джэнис Джопин, а заправщиком Боб Марли и так далее в том же духе. Лапаев припомнил, что Базин, который знает эти места с детства, рассказывал, что где-то здесь есть дореволюционное кладбище... Немедленно рассказали эту историю по цепочке и стали ждать встречи с дореволюционной Дженнис Джоплин. Атмосфера располагала. Единственная попытка сунуться в темноте на берег на разведку была встречена воплями аборигенов: "А какого, б...ь, х.я! Какая с..а мне в глаза фонарём светит". Мальчики быстро посчитали соотношение эМ и Жо в нашей компании и решили ретироваться. Ретируемся. Опять выезжаем на трассу. Неожиданно оказывается, что в паре километров от нас Ястреб с Пашкой. Увеличиваем число активных отдыхателей до четырнадцати. 
     Так как темень уже несусветная и время неприлично позднее, решаем ехать к Базину на Тулку, и встать поодаль. Базин в качестве координат указывает некие бетонные столбы, которые должны быть слева. Едем. Анна светит в окно фонарём, пытаясь выхватить из тьмы столбы. Настроение на грани жизнерадостной истерики, витает ощущение какого-то дурацкого розыгрыша со стороны высших сил. Едем, упираемся в дом, привычно разворачиваемся и крадёмся по полям, чудом никто не садится брюхом - столбы! Вот они. Ещё сто метров, и вот уже весёлые и ошалевшие от нашего размаха Базин с Алёнкой встречают героев революции отдыха.
     Двенадцать часов ночи, наконец-то ставим палатки, лезть в холодную воду совершенно не хочется. В голове картинка с золотистым пляжем медленно умирает, подавленнная предчувствием илистого дна и водорослей по пояс. В водоёме активно плещется рыба. Тоскаааа... Лапаев встречает у трассы Графа с семейством Шалаевых и Татьяной. Таким образом общее количество учатников Тула-троффи становится равным двадцати. Такое количество человек не может ошибаться. Со словами: "Товарищи, мы только что подтвердили гордое звание нашей формации!" вешается флаг Debilz. Из закромов достаётся алкоголь, еда и гитара, через полчаса первые русалки окунают хвосты в воду. Вода приятно тёплая, ласковая, отражается луна, на дне присутствует в небольшом количестве ил и водоросли, но это даже хорошо. Под водой видно руки, в неясном свете луны просматриваются перепонки... Потом было много музыки, много разговоров и смеха, потом много воды, хвостом приятно бить о поверхность и нырять глубоко, туда где живут фиолетовые каракатицы и гигантсике кальмары, на рассвете обнажённые тушки вынимались из водоёма и частично укладывались по палаткам...
     Безумное, безумное, безумное утро. Что там вчера было... Проще сказать чего там вчера не было. Через второй выход из палатки видно воду, сейчас я окажусь там. Жаль что придётся вставать на ноги, ползти проще... Божественная прохлада, может стоит поспать... одновременно с этой мыслью просыпается остальной народ... Вспоминается вчерашняя поездка, снова смех, жалко пропускать... Под предлогом покатать Валеру, простите Ульяну, Базин берёт лодку у своих родственников. Загружаемся. Ульяна долго катает нас вокруг своей оси, при попытыке поплыть в сторону моря (около километра) начинает верещать и проситься на берег. Катаем Валегу. До моря таки далеко, периодически спрыгивая с лодки, заруливаем в тихую заводь, там жабья икра, кувшинки, камыши и гиантсике стрекозы. На берегу разнообразие луговых цветов, божественный аромат и сосны на другом берегу. Аркен утверждает, что это ели. Валега голосует за соны. На кону два литра пива. Я безмолвствую и долго жду, пока они ходят проверять. В голове лёгкий звон, в воде рай. Захватываем пару дровин для чая и полывём обратно. Народ в шоке, вадилы хотят ехать, пассажиры остаться, времени всего четыре часа дня!!! Медленно собираем палатку, из ниоткуда начинается дождь, заставляю себя ходить быстрее, но соображалка от этого не ускоряется. В итоге Кэт и Люба едут вперёд с Лапаевыми, вслед за ними Базины-Качмашовы с Валегой, Граф с Шалаевыми и Таней уехали ещё раньше. Ну и наконец-то мы скручиваем палатку и под проливным дождём забегаем в микрик Владимировских. Там только Дрёмин с Ульяной и Оскар. Оскар - немец, овчарка и щенок. Ему три месяца.
     Неуклонно засыпаю, дождь хлещет, молнии. Японская техника начинает подавать сигнал, скарость больше ста. Немного сачково, но Серж хороший вадила, да и домой хочется. Уловить за хост ускользающий выходной... горячая ванна, шампанское... ииии — пробка! на подступах к М52. Как на красном проспекте в восемь утра.
     А что это у нас гремит в районе багажника? Вроде ничего не болтается, это где-то слева. Ползём и слушаем. Ползём и слушаем, слушаем и ползём. Что-то явно ненормально. Около самого поворота на М52 останавливаемся. Всё просто, не очень понятно и запоздало смертельно страшно. Из пяти шпилек (за изящным названием скрываются огромные шурупообразные штуки которые крепят заднее левое колесо к оси), вылетело и потерялось две. Оставшиеся разболтались и остались почти без резьбы. Под проливным дождём, как положено настоящим героям, Серж закручивает оставшиеся шпильки, Катя уговаривает Оскара помочиться, а Дрёмин ведёт Ульяну в местную забегаловку за горячей едой. Шампанское откладывается. Сидим. Едим. В машине тепло и немного душно, дождь приобретает тропические оттенки, неподалёку от нас нереально толстая молния ударяет в землю, от земли идёт дымок. Решаем медленно ползти в сторону академ-городка. Медленно проползаем сто метров и встаём напротив бетонных букв: ИСКИТИМ. Впереди спуск, дорога мокрая, напряжённое движение и очень хочется жить. Время около шести вечера. Трасса забита наивными отдыхальщиками. Погода в очередной дала под дых. Пять дней изнуряющей жары и сутки ливня в награду. Серж вызывает эвакуатор и отца.  Несколько минут проводим в состоянии оцепенения, какая-то слишком киношная цепочка событий. Запоздало думается о том, что было бы если бы колесо нас покинуло...
     Приезжает эвакуатор, собираем вещи, Кате не удаётся стать декабристкой и она ведёт нас до машины Серёжиного отца. Это точно такой же микрик, только поновее. Намного поновее. Сиденья не продавлены, краска не облуплена, на полу - линолеум. Не успели отъехать, как мощный запах известил о том, что Оскар только что обновил линолеум. Смеялись долго, взахлёб, весь абсурд этих выходных Оскар охарактеризовал очень метко. Потом был академ-городок, два часа в душном автобусе, жуткая жажда и сигарета в кровати вместо ванной...
     ЗЫ: Если вдруг нам повезёт с погодой, то на следующие выхи я бы рекомендовала нам всем туда ехать. Там всё-таки хорошо.